Саудаде скребется где-то под сердцем Мусы. «Саудаде» – непереводимое португальское слово. Тоска по ушедшему – ушедшему человеку, ушедшему моменту, ушедшему месту. Не всегда по чему-то хорошему. Но всегда по тому, что казалось настоящим. И кто скажет, что саудаде – только для португальцев или бразильцев? Только не Муса, которого под звуки беримбау гложет то же самое – саудаде, грусть, от которой нет избавления, печаль, от которой никуда не сбежишь.
